Наверх

Погода в Астане: 26 сентября, ночь: +11° 4 м/с26 сентября, утро: +12° 4 м/с26 сентября, день: +21° 5 м/с26 сентября, вечер: +15° 4 м/с

Обвинение против Куандыка Бишимбаева зашло в тупик, или Как ущербные уголовные дела причиняют большой ущерб государству

5747
Фото: Фото: © Sputnik / Болат Шайхинов.

На днях в Астане был приостановлен суд над бывшим министром национальной экономики Куандыком Бишимбаевым и другими фигурантами уголовного дела. Восемь из 23 подсудимых изъявили желание заключить с гособвинением новое процессуальное соглашение о признании вины. Причиной тому послужил новый обвинительный акт прокуратуры, который был зачитан в стенах суда. По хорошему, уголовное дело против экс-министра должно было в таком случае быть направлено на новое расследование: уж сильно много нестыковок и противоречий в нем обнаружилось. Однако все свои ошибки и огрехи сторона гособвинения стала редактировать нон-стоп, прямо в ходе судебного процесса.

 

Мог стать заводом-флагманом, а станет заводом-призраком

Напомним, первый эпизод касался строительства завода по производству и обработке листового стекла в Кызылорде. Для чего холдингом «Байтерек» был привлечен иностранный инвестор — компания «Stewart Engineers Inc” из США. Американцы вложили в проект около 5 млн. долларов и обязались передать казахстанской стороне свою технологию производства стекла. Забегая вперед скажем, что завод уже вовсю строился, его должны были введести в эксплуатацию в апреле 2017 года. Однако уголовное дело против Бишимбаева, арест главы управляющей компании и компании-подрядчика сыграли злую шутку с проектом, который должен был стать новым флагманом обрабатывающей промышленности Казахстана.

Разумеется, инвестиции иностранных бизнесменов для них — весьма существенное вложение, тогда как само предприятие вынуждено было дополнительно привлекать кредитную линию. Крупным кредитором проекта благодаря усилиям Бишимбаева стала дочерняя структура «Байтерека» - АО «Банк развития Казахстана» (БРК), который открыл кредитную линию на 33,6 млрд. тенге под 2 % годовых сроком на 20 лет и с отсрочкой платежа на 3 года.

Таким образом, изначально проект оказался чрезвычайно привлекательным и перспективным с точки зрения рентабельности.

Однако сейчас это уже не имеет никакого значения. Будь завод построен год назад, он бы уже вышел на проектную мощность и получал доходы от продажи стекла как на внутреннем, так и экспортных рынках. А с учетом трехгодичной отсрочки по выплате кредита БРК, скорее всего, он бы уже стал прибыльным предприятием. Но постарайтесь объяснить это следователям Нацбюро по противодействию коррупции, для которых, похоже, как будто бы команда — арестовать Бишимбаева и «сломать» все его проекты - оказалось гораздо более близкой и понятной, нежели инвестиционная привлекательность страны и развитие новых производств.

Естественно, такое положение вещей вряд ли может понравиться американцам из «Stewart Engineers Inc», которые владели 20% в созданном консорциуме “Orda Glass” и полностью заведовали технологическим процессом (80% доли принадлежало АО «Инвестиционный фонд Казахстана»). Тем более, что сейчас разговор идет только о конце 2018 года, когда это предприятие ориентировочно может быть введено в эксплуатацию. А на фоне того, что директор ТОО “Orda Glass” Даурен Ибрашев и учредитель подрядной организации ТОО «Шымкентхиммонтаж» («ШХМ») Жаксылык Исабек в настоящее время находятся на скамье подсудимых, а счета компаний арестованы, то вряд ли можно надеяться на скорое завершение эпопеи со строительством стекольного завода в Кызылорде.

Нельзя исключать вероятность, что в новых условиях, никакого завода Казахстан уже не получит. Его может постигнуть судьба Боранкольского газоперерабатывающего предприятия в Мангыстауской области, которое пытался строить молдавский бизнесмен Анатолий Стати. Да, в том случае правоохранительные органы безоглядно уничтожили бизнес Стати в Казахстане, что в итоге привело к бесконечным судебным процессам за рубежом и заморозке $ 22 млрд. Национального фонда, долю фонда «Самрук-Казына» в Кашаганском проекте стоимостью $ 5,2 млрд. и принадлежащие Казахстану акции в 33-х шведских публичных компаниях общей стоимостью $ 100 млн. И эта история продолжается по сей день.

В случае же со стекольным заводом в Кызылорде вместе с иностранным инвестором теряет и государство. Кто будет возвращать деньги БРК, если завод так и останется мертворожденным проектом, а образовавшийся недострой, как в ситуации с молдавским инвестором, просто разберут на запчасти и стройматериалы настоящие мародеры. Наконец, кто будет возмещать потерю времени, ресурсов и денег американским инвесторам. А ведь возместить придется возможно в десятикратном размере, исходя из условий контракта. К тому же, инвестор волен подавать жалобу в любой иностранный арбитраж — благо, следователи и обвинители, подрубившие проект на корню, предоставили в руки иностранных истцов весьма серьезные основания.

К примеру, недавно известный казахстанский аналитик нефтегазового рынка Олег Червинский на страницах Esquire заметил, что судиться с иностранными инвесторами с Казахстаном не впервой. Так, в сентябре 2017 года Международный центр по урегулированию инвестиционных споров в Париже вынес арбитражное решение, согласно которому Республика Казахстан обязана выплатить нефтедобывающей компании Caratube International Oil Co. компенсацию за экспроприированные инвестиции в размере $ 39 млн. А 12 лет назад Вашингтонский международный арбитраж взыскал с Казахстана в пользу AIG Capital Partners, Inc и Real Estate Company около $ 10 млн. в качестве компенсации за утраченный бизнес. Еще раньше, в 2008 году Международный центр по разрешению инвестиционных споров при Всемирном банке присудил выплату Казахстаном $ 125 млн. компенсации турецким компаниям Rumeli Telecom и Telsim.

 

Как легализацию «пришили» к взятке

Действительно ли экс-председатель правления нацхолдинга «Байтерек» позарился на деньги иностранных инвесторов? Его защита вполне ясно и четко доказала, что те $ 2 млн., которые сегодня вменяют Бишимбаеву в качестве получения взятки от строительно-подрядной компании «Шымкентхиммонтаж», являются на самом деле личными деньгами его двоюродного брата предпринимателя Султана Нурлыбека. Эти деньги Нурлыбек внес на свой банковский счет, где они до сих пор и лежат в рамках Закона «Об амнистии граждан РК, оралманов и лиц, имеющих вид на жительство Республики Казахстан в связи с легализацией ими имущества».

Понимая это, государственное обвинение переписало сценарий, озвучив 22 января новый обвинительный акт, согласно которому экс-глава холдинга «Байтерек» и бывший министр нацэкономики просто придумал эту схему, посоветовав родственнику легализовать взятку. Подчеркнем, единственным доказательством вины Султана Нурлыбек являются показания учредителя «ШХМ» Жаксылыка Исабек, якобы признавшегося, что брал взаймы 2 миллиона долларов для передачи взятки неизвестному ему лицу, которым был Нурлыбек, в надежде, что ему позволят строить стекольный завод. Однако эти показания он дал уже после долгого времени пребывания под стражей, находясь под давлением обвинительно-карательной машины. И что самое важное — уже после ареста самого Бишимбаева, доказательство вины которого следствие искало «задним числом».

 

Прокуроры сами опровергли обвинение

Аналогично выглядит новый обвинительный акт и по второму эпизоду, включающему обвинение топ-менеджеров АО «Baiterek Development» в сборе взяток с четырех застройщиков по государственной программе жилищного строительства «Нурлы жер». Например, если в старой версии обвинения, некоторые топ-менеджеры «BD”, такие, как Дельрух Анарбай, Бауыржан Айтимбетов, Садуакас Сапарымбетов, Газиз Сариев и Аслан Джакупов, собрали дань с четырех застройщиков и передали ее заместителю председателя правления «Baiterek Development» Бахыту Джаксыбаеву, то в новом изложении прокуратуры их всех на это надоумил сам глава госхолдинга «Байтерек» Куандык Бишимбаев. До этого все упиралось в персону Бахыта Джаксыбаева, который один-единственный контактировал с Бишимбаевым по долгу службы. Он долго ничего не говорил против бывшего председателя правления «Байтерека», но после продолжительного находения в СИЗО и настоятельных просьб следователей «признался», что якобы часть собранных средств передавал Бишимбаеву. Доказать, впрочем, он это не мог. Тем более, ничего подобного не могли доказать и остальные фигуранты дела.

Поэтому, чтобы подстраховаться, гособвинение переставило акценты, предложив некоторым подсудимым новый вариант сделки. Им нужно будет теперь сказать, что они слышали, что приказ о сборе денежных средств с застройщиков исходил от самого Бишимбаева. Что это он все спланировал и держит руку на пульсе махинации.

Адвокат главного обвиняемого на процессе в Астане Салимжан Мусин заметил, что в прежнем обвинительном акте было подробно изложено: когда, где, при каких обстоятельствах, в соучастии с какими лицами Куандык Бишимбаев якобы совершал преступления. Новые же обвинения претерпели значительные изменения. Некоторым лицам изменены статьи, хотя в отношении Бишимбаева те же статьи остались.

«Я хотел бы обратить внимание, что состав соучастников изменился значительно. Практически два года обвинение утверждало, что наш подзащитный якобы совершил те или иные деяния в соучастии с определенными лицами. Но в ходе следствия мы установили, что это не соответствует действительности. Мы исследовали фактически все доказательства, которые противоречивы. Мы доказали, что наш подзащитный незаконно обвинен, мы доказали, что эти лица не причастны к совершению преступления в соучастии с нашим подзащитным. И сейчас обвинение фактически согласилось с нашими доводами, они исключили этих лиц из числа соучастников нашего подзащитного. Хотя ранее эти подсудимые признавали, что они участвовали по некоторым эпизодам, а сейчас прокурор их исключил. А как теперь оценивать те показания, которые они давали, на которых базируется все обвинение против нашего подзащитного. Поэтому я имею возможность говорить, что если обвинение и не развалилось, то стало явно ущербнее», - прокомментировал Салимжан Мусин.

Ален Акназар

Оценить материал
1